Победа31

Участник Великой Отечественной войны Михаил Скоркин: «Война в 1945-м закончилась условно»

22 июня 2021, 08:00ОбществоФото: pixabay.com

Ветеран рассказал о том, как после войны борьба с многочисленными бандами фашистских прихвостней продолжалась много лет.

Старинное уютное село Юрьевка основано в 1861 году на территории Запорожской области, на берегу речки Лозоватка. Давным-давно это место облюбовали ногайцы, и поселение своё они назвали Бешаул. В таком замечательном селе и родился у Скоркиных — Трофима Фёдоровича и Екатерины Ефимовны — сын Миша в 1927 году. Саманный дом, покрытый соломой, ничем не отличался от соседних. Но в нём царили и уют, и душевная теплота. 

Этот момент с любовью и тихой грустью вспоминает Михаил Трофимович теперь. Отец был хорошим каменщиком. В селе такие работники нарасхват: и печь сложить, и в колхозе построить школу или ферму. Мама дома, на хозяйстве и с детьми (у Миши ещё две сестры – старшая Шура и младшая Вера).

Детство было спокойное, счастливое — бегали на речку, помогали родителям, учились в школе. И тут грянула война, которая докатилась до них очень быстро. 18 августа была оккупирована Запорожская область. Согласно документам обкома, к этому времени были созданы партизанские отряды, составлены списки комсомольцев и партработников, остающихся работать в оккупированных немцами районах, отправлены заводы, скот. До последнего дня убирали на полях пшеницу и сразу отправляли в тыл. Всё, что не успевали вывезти, раздавали колхозникам и передавали воинским частям. 

В архиве Министерства обороны есть такая записка: «С детским домом в Саранск отправлено 5 коров, 3 тонны зерна». Отец Трофим Фёдорович ушёл в партизаны. Миша остался за главного мужчину семьи. Постарались забить скотину, спрятать зерно, но всё это немцы нашли, конфисковали. Осталась семья на подножном корме. Что могли, собирали в пролесках и на полях, которые фашисты не спалили.

«Партизаны тоже первое время сжигали и взрывали всё, что было связано с продовольствием: вагоны, элеваторы, трактора и т. п., чтобы не досталось врагу, — вспоминает Михаил Трофимович. — Эскадрильи самолётов бомбили всю линию обороны. Мы с другом Яковом вырыли в колодце нишу сбоку и прятались там от бомбёжек и фашистов, когда те собирали подростков для отправки в Германию». 

Михаил Скоркин
Фото: Архив Михаила Скоркина

Освободили их село 24 сентября 1943 года. А 13 октября Миша был уже в военкомате в Запорожье. Оттуда его направили сразу на 1-ый Украинский фронт, которым командовал Иван Конев. Там в стрелковом полку прошёл учебку. Их 45-ый полк должны были отправить на границу с Японией, но довезли до Ленинграда.

403-й полк НКВД расквартировался возле Ладожского озера. Охраняли все поставки в Ленинград, особенно продукты. Почти до окончания войны не прекращались бомбёжки на Ленинградском направлении. Из 530 служащих батальона осталось 11 ребят. Михаил Трофимович многих помнит по именам… 

В ноябре 45-го перевели в Карелию, в Петрозаводск. Там жили в неотапливаемых землянках, лапник или солома вместо подстилки. Мороз до 40 градусов, такие тяжёлые условия службы переносили стрелки батальона, охраняя порученное имущество. Затем Эстония, старинный городок Тапа, основанный ещё в 16-ом веке. В советские годы это была большая узловая станция, через которую проходили тысячи вагонов с Запада и Севера в СССР, в том числе в Ленинградскую область.

Фото: Наталья Алексеева

Служба выдалась трудной. Борьба с многочисленными бандами фашистских прихвостней продолжалась много лет. В 1947-ом году нашего собеседника ранило осколком бандитской гранаты. Ранение было тяжёлое, вышел из госпиталя через 3,5 месяца, дали отпуск на 15 суток. Поехал к родителям, там голод. Отдал собранный «тормозок» родителям и уехал, чтобы не съесть привезённые продукты. 

351-й полк перевели вначале в Москву, потом в Орёл. Прибыли на трассу «Москва-Симферополь». Разбили по ротам. Михаил Трофимович был расквартирован в Обояни. Его, младшего сержанта, поставили начальником конвоя (100 чел.). Дорогу строили пленные, возили камень на ручных тачках до конца 49-го года.

Потом немцев отпустили в Германию. Затем из Москвы его часть перебросили в Белоруссию на борьбу с бандой «Чёрная кошка», такой же как в Москве. Через Белоруссию возвращались наши солдаты. У многих из них были припасены подарки для родных. Скольких бандиты убили…

Поселили служащих в бункера. Прибыли полковник и подполковник расследовать дело о найденных головах в цистерне. Нашли ГАЗ-66, вытащили его вручную, забрали в Гомель. 

«С этим нужно было покончить. Разработали план по уничтожению банды, — в голосе Михаила Трофимовича до сих пор звучат металлические нотки. — В операции участвовали два бомбардировщика и два истребителя. Банда укрепилась под Гомелем. Составляли её бежавшие фрицы, полицаи, пленные и прочие прихвостни. А возглавляли всё это отребье два немецких генерала. За 4 дня разбомбили всех!»

Потом Скоркин служил в Брянске, откуда был уволен в запас. И служить ему выпало до июня 1956 года!

«Так что война только условно закончилась в 1945 году», — иронично заключает наш собеседник.